Сикхем
Гордыня - грех. Греши.
Отупение приходит не сразу. Оно подползает конвульсивными медленными толчками, как прилив теплой вонючей воды. Оно нагло лезет в рот, кладет липкие пальцы на веки, гладит по щекам и неразборчиво шепчет о чем-то... о покое и об иллюзиях в синеватом предутреннем воздухе. У него сизая одежда... и скоро все, что будет попадать в поле зрения, станет видно только сквозь эту омерзительную ткань. Оно обнимает за плечи, обволакивает собой, оно защищает и оберегает... у него мягкие нежные губы...
Потом оно перестает быть видным. Оно превращается в волосатую скотскую шкуру, приросшую к плечам и вот ты уже скачешь на четырех толстых копытцах, хрюкая и тыкаясь рылом куда ни попадя. Ты скачешь по своей кухне, по своему офису, по своему узкому как пенал кабинетику с серыми занавесочками и уже перестаешь видеть, что лучшие плоды растут высоко над головой... да и зачем они тебе? С лихвой хватит протухшей дряни, усеивающей землю под ногами. Землю, которая стала так удобно-близка, стоило лишь встать на карачки. Протяни щетинистую морду и жри, жри, давись, расползающимися на тупых зубах своими сладко-гнилыми яблоками глупости.

Посмотри...

Посмотри на эту бумагу, что я раз за разом пихаю тебе под влажные, сочащиеся слизью ноздри. Внимательно посмотри, обожравшаяся отяжелевшая тварь, обласканная своими идиотскими фантазиями о поляне, где гнили, которой ты питаешься, не просто много, а она навалена там кучами, которые тебе и за всю жизнь не сожрать... Посмотри, ублюдочное животное, на эти мелкие значки, написанные когда-то твоей же рукой, покуда она могла еще держать шариковую ручку и не превратилась в грязное копыто. Узнаешь свои корявые неуклюжие стихи, в которые ты отчаянно впихивала свои наивные мечты о волшебном королевстве с добрым королем и лесе, где живет единорог с грустными глазами? Узнаешь ли это теперь, мразь?
Но скотина бурчит что-то себе под нос и в задумчивости начинает жевать край протянутой бумаги.
Отдернуться прочь.
Оглохнуть.
Ослепнуть.
И, наконец, издохнуть.
Чтобы не видеть.
Этого!
Или раскроить толстый череп между шевелящимися розовыми ушами и убедиться, что крови не будет. Только пыль, песок и труха, чем-то похожая на древесную кору, высыпется оттуда.

Слюнявое рыло. Приоткрытые пасти. Ненасытные утробы.
Умирая, ты услышишь бодрое хрюканье.